И установил для себя такие положения, ознакомиться с которыми, по его мнению, важно и ныне живущим и потомству




Скачать 15.15 Mb.
НазваниеИ установил для себя такие положения, ознакомиться с которыми, по его мнению, важно и ныне живущим и потомству
страница3/135
Дата конвертации18.02.2013
Размер15.15 Mb.
ТипДокументы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   135
часть и довести ее до конца -- дело, превышающее и наши силы, и наши

надежды. Мы дадим ей лишь начало, заслуживающее (как мы надеемся) некоторого

внимания, а завершение даст судьба человеческого рода, притом такое, какое,

пожалуй, людям, при нынешнем положении вещей и умов, нелегко постигнуть и

измерить умом. Ведь речь идет не только о созерцательном благе, но поистине

о достоянии и счастье человеческом и о всяческом могуществе в практике. Ибо

человек, слуга и истолкователь природы, столько совершает и понимает,

сколько охватил в порядке природы делом или размышлением; и свыше этого он

не знает и не может. Никакие силы не могут разорвать или раздробить цепь

причин; и природа побеждается только подчинением ей. Итак, два человеческих

стремления -- к знанию и могуществу -- поистине совпадают в одном и том же;

и неудача в практике более всего происходит от незнания причин.

Таково положение вещей, если кто, не отводя от вещей умственного взора,

воспримет их образы такими, каковы они на деле. Да не допустит того Бог,

чтобы мы выдали за образец мира грезу нашего воображения, но да подаст он в

своей благости, чтобы в нашем Писании было откровение и истинное видение

следов и отпечатков Творца на его творениях.

Ты, Отец, который изначала дал творению свет видимый и, в завершение

твоих дел, вдохнул в облик человека свет разума, соблюди и направь этот

труд, который порожден твоей благостью и взыскует твоей славы. Когда ты

обратился, чтобы посмотреть на дело рук твоих, ты увидел, что все хорошо

весьма, и опочил. Но человек, обратившись к делу рук своих, увидел, что все

суета и томление духа, и опочить не мог. Поэтому если мы в поте лица

потрудимся в твоих делах, то ты сделаешь нас причастными твоему видению и

твоей субботе. Молим тебя укрепить в нас этот дух и руками нашими и других,

кому ты уделишь от этого духа, ниспослать роду человеческому новые подаяния

твоего милосердия.

" * КНИГА ПЕРВАЯ * О ДОСТОИНСТВЕ И ПРИУМНОЖЕНИИ НАУК"
В древнем законе говорилось, великий государь, и о добровольных дарах,

и о ежедневных жертвоприношениях. Последние совершались согласно культовому

ритуалу, первые порождались благочестивым рвением. Я считаю, что нечто

подобное должны получать и государи от своих подданных и, очевидно, каждый

должен не только исполнять свой долг перед государем, но и доставлять ему

доказательства своей любви. Что касается исполнения долга, то здесь,

надеюсь, я буду не из последних. Относительно же второго я долго не мог

решить, что было бы здесь наилучшим, и наконец счел за лучшее избрать нечто

такое, что относилось бы скорее к выдающимся качествам Вашей личности, чем к

делам государства.

Очень часто думая, как я и должен, о Вашем Величестве, я прихожу в

величайшее изумление, видя сколь совершенны в Вас (не говоря о других

атрибутах Вашей добродетели и счастливой судьбы) те достоинства и

способности, которые философы называют интеллектуальными: Ваш ум, способный

охватить множество великих вопросов, твердость памяти, живость восприятия,

глубина суждения, стройность и в то же время легкость речи. И конечно,

всякий раз на ум приходит известное положение Платона о том, что "знание

есть не что иное, как припоминание", и что "душа познает все естественным

путем, возвращаясь к тому прирожденному свету, который затемняла пещера

телесности"[1].Замечательный пример этого лучше других являет Ваше

Величество: ум Ваш настолько быстр, что самый незначительный повод, малейшая

искра чужой мысли могут зажечь его пламя. И подобно тому как Священное

писание о мудрейшем из царей говорит, что "сердце его было подобно песку

морскому"[2], масса коего огромна, а сами песчинки чрезвычайно

малы, так и Вашему Величеству Бог дал поистине удивительный ум, способный и

охватить все величайшие предметы, и не упустить в то же время мельчайшие

детали, а менаду тем представляется чрезвычайно трудным, если не вообще

невозможным, найти в природе такое средство, с помощью которого одинаково

доступно было бы и великое, и малое. Что же касается Вашего красноречия, то

как подходят к нему слова Корнелия Тацита, сказанные об Августе Цезаре:

"Речь Августа была свободной, плавной и истинно достойной первого

мужа"[3]. Действительно, если правильно взглянуть на вещи, то

всякая слишком отработанная, слишком отделанная или же подражающая какому-то

образцу речь, хотя порой она и может быть великолепной, все же всегда несет

в себе что-то рабское и недостойное. Ваша же речь поистине царственна, она

течет свободно из своего источника и тем не менее, подчиняясь естественному

порядку природы, разделяется на ручьи; она всегда легка и блестяща, и,

никому не подражая, она сама неподражаема.

И подобно тому как в Ваших делах, и государственных и личных,

добродетель, по-видимому, соперничает с удачей, самые лучшие нравы -- со

счастливым правлением, Ваши надежды, в свое время терпеливо и благочестиво

сдерживаемые, -- со счастливым и радостным исполнением их, священная

верность супружескому союзу -- с благословенным плодом супружества --

прекраснейшим наследником, благочестивое и в высшей степени достойное

христианского государя стремление к миру -- с подобным же стремлением

соседних властителей, счастливо и единодушно желающих того же самого, точно

так же не меньший спор и соперничество возникают и среди самих дарований

Вашего ума, если сопоставить то, что дано Вам в изобилии самой природой, с

добытыми упорнейшим учением сокровищами громадной эрудиции и со знанием

множества искусств. Поистине нелегко было бы найти за всю историю со времени

рождения Христа хоть одного государя, которого можно было бы сравнить с

Вашим Величеством по разнообразию и глубине познаний в области наук, как

человеческих, так и божественных. Кто вспомнит всех королей и императоров,

живших за это время, тот согласится со мной. Ведь кажется, что короли

совершают нечто великое, даже если они из вторых рук знакомятся с кратким

изложением научных достижений, или сами какое-то время весьма поверхностно

занимаются наукой, или, наконец, любят и выдвигают образованных людей. Но

чтобы король, родившийся королем, черпал знания из подлинных источников

науки, мало того, сам был источником ее -- это почти что настоящее чудо. У

Вашего же Величества есть еще и то достоинство, что в одной и той же

сокровищнице Вашего ума вмещаются как священные тексты, так и светское

знание, так что Вы, подобно трижды великому Гермесу, удостоены тройной славы

-- могущества государя, просветленности священнослужителя и образованности

философа. Таким образом, поскольку Вы намного превосходите остальных

правителей славой Вашей учености и эта слава по праву принадлежит одному

Вам, то справедливо, если она не только будет вызывать восхищение нынешнего

поколения или благодаря свету истории окажется передана потомству, но и

будет высечена на каком-то незыблемом сооружении, которое бы указывало на

могущество великого государя и в то же время представляло образ государя,

столь замечательно ученого.

Поэтому, возвращаясь к моему замыслу, я считаю, не может быть более

достойного приношения, чем трактат, преследующий указанную цель. Содержание

его будет состоять из двух частей[4]. В первой части (правда, менее

весомой, но которой, однако, ни в коем случае не следует пренебрегать) речь

будет идти о выдающейся роли знания и наук во всех областях жизни, а также о

заслугах тех, кто с большой энергией и настойчивостью прилагает все силы для

их развития. Вторая же часть (главная в сочинении) имеет целью рассмотреть

то, что в этой области уже достигнуто к настоящему времени, а также и то,

что еще, по нашему мнению, следует сделать. И хотя я не осмелился бы

выделить какую-то науку и особо рекомендовать ее Вашему Величеству, однако я

надеюсь, что мне удастся, представив на Ваше рассмотрение множество

разнообразных предметов, заинтересовать Ваш царственный ум и побудить Вас по

великодушию Вашему и мудрости уделить все лучшее из собственных сокровищ

Вашей души на развитие и расширение пределов искусств и наук.

В самом преддверии первой части для того, чтобы расчистить путь и как

бы пригласить к молчанию, дабы можно было лучше услышать свидетельства

великого значения наук и дабы нам не мешал глухой ропот возражений, я решил

с самого начала защитить науки от тех порицаний и пренебрежения, с которыми

против них выступает невежество, проявляющееся в разных видах: то в зависти

теологов, то в высокомерии политиков, то, наконец, в заблуждениях и ошибках

самих ученых. Я слышу, как первые говорят, что знание относится к тем вещам,

которые можно допускать только в небольших дозах и осторожно, что чрезмерное

стремление к знанию явилось первородным грехом, который привел к падению

человека, и что и теперь в нем остается нечто от змея искусителя, так как,

продвигаясь вперед, оно ведет к высокомерию. Они говорят, что "знание делает

нас надменными" и Соломон считает, что "нет конца сочинительству книг", а

длительное чтение -- это "страдание плоти", и в другом месте: "В великой

мудрости -- великая печаль", а "кто увеличивает знание, тот увеличивает и

страдание"; что св. Павел предостерегал: "Да не дадим обмануть себя

бесплодной философией"[5]; что, кроме всего прочего, по опыту

известно, что главными еретиками были ученейшие люди, а наиболее

просвещенные эпохи были склонны к атеизму, и, наконец, что размышление над

вторичными причинами подрывает авторитет первопричины.

Поэтому для того, чтобы показать ложность этого положения и ошибочность

тех оснований, на которых оно строится, достаточно посмотреть на то, что

ясно каждому, -- защитники этого положения не понимают, что знание, которое

привело к падению человека, не было тем чистым первозданным естественным

знанием, благодаря свету которого человек дал имена животным, приведенным к

нему в раю, каждому сообразно его природе, а тем высокомерным стремлением к

познанию добра и зла, с помощью которого он хотел изгнать Бога и сам

установить себе законы. И уж конечно, наука не обладает такой силой (как бы

велика ни была сила ее), которая могла бы наполнить дух человеческий

высокомерием, ибо ничто, кроме самого Бога и созерцания Бога, не может

наполнить дух и расширить его. Поэтому Соломон, говоря о двух главных

чувствах, воспринимающих мир (зрении и слухе) , заявляет: "Глаз не

насыщается виденным, ухо -- слышанным"[6], ибо, если нет

наполнения, содержащее больше содержимого. Так же определяет он и само

знание, и человеческий разум (для которого чувства служат как бы

разведчиками) в тех словах, которыми он заключает свой календарь и

ежедневные наставления (ephemerides), указывая время для каждой вещи: "Бог

создал все так, что каждая вещь является прекрасной в свое время, и этот

самый мир он вложил также в сердце людей, однако человек не может раскрыть

от начала и до конца содеянное Богом"[7]. Этими словами он довольно

ясно дает понять, что Бог создал человеческий ум подобным зеркалу, способным

отразить всю Вселенную, столь же жаждущим охватить этот мир, как глаз жаждет

света, и не только желающим воспринять все разнообразие и чередование

времен, но и стремящимся к всестороннему рассмотрению и исследованию

неизменных и нерушимых законов и установлений природы. И хотя, по-видимому,

он дает понять, что этот высший порядок природы (который он называет

"деяние, творимое Богом от начала и до конца") не может быть познан

человеком, это отнюдь не умаляет способностей человеческого познания, но

скорее должно быть отнесено за счет тех препятствий, которые встречаются на

пути науки, таких, как краткость человеческой жизни, противоречия и споры

научных школ, неверный и ненадежный способ обучения и множество других

трудностей, вытекающих из свойств человеческой природы и подстерегающих

человеческий род. Ведь в другом месте он достаточно ясно доказывает, что ни

одна часть Вселенной не является недоступной для человеческого познания,

говоря, что "дух человека подобен божественному светочу", с помощью которого

он исследует сокровенные тайны природы. Поэтому если столь велики

человеческие возможности (captus), то совершенно очевидно, что

количественная сторона знания, как бы велика она ни была, не грозит нам

никакой опасностью заносчивости или высокомерия. Такая опасность

подстерегает нас только со стороны качественной, ибо как бы мало и

незначительно ни было само знание, но если оно существует без своего

противоядия, то содержит в себе нечто опасное и зловредное, в изобилии

несущее в себе признаки высокомерия. Таким противоядием или "благовонием",

примесь которого сдерживает неумеренные претензии знания и делает его в

высшей степени полезным, является благочестие (charitas), на что указывает и

апостол, продолжая уже приведенные выше слова: "Знание делает надменным,

благочестие же созидает". Созвучны с этим и другие его слова: "Если бы я

говорил на всех языках, ангельских и людских, а благочестием не обладал, то

я был бы подобен звонкой меди или звенящему кимвалу"[8]. Дело не в

том, что говорить на языках ангелов и людей -- вещь сама по себе

незначительная, а в том, что если такое знание лишено благочестия и не

направлено на достижение общего всему человечеству блага, то оно скорее

породит пустое тщеславие, чем принесет серьезный, полезный плод. Что же

касается мнения Соломона относительно вреда сочинения и чтения книг и тех

душевных мучений, которые приносит знание, а также предостережения апостола

Павла "не дать себя обольстить пустой философией", то, если правильно

истолковать эти места, они великолепно смогут показать истинные пределы,

поставленные человеческому знанию, которые, однако, дают ему полную

возможность без всякого ограничения охватить целиком всю природу. Таких

пределов существует три. Во-первых, мы не должны видеть счастье только в

науке и забывать о том, что мы смертны. Во-вторых, мы должны использовать

наше знание так, чтобы оно рождало не беспокойство, а спокойствие души.

В-третьих, не нужно считать, что мы можем с помощью созерцания и размышления

над природой проникнуть в божественные тайны. Относительно первого

ограничения прекрасно сказано у Соломона в другом месте той же книги. Он

говорит: "Я достаточно хорошо понимаю, что мудрость настолько же отлична от

глупости, насколько свет отличен от тьмы. У мудрого есть глаза, глупец же

блуждает во тьме, но я знаю и то, что смерть неизбежна и для того, и для

другого"[9]. Что касается второго ограничения, то хорошо известно,
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   135

Похожие:

И установил для себя такие положения, ознакомиться с которыми, по его мнению, важно и ныне живущим и потомству iconБлагословение Отца
Духа описанных в писании. Мы уже имеем разнообразные дары и способности, которыми служим Господу, но важно точно знать дары, которые...
И установил для себя такие положения, ознакомиться с которыми, по его мнению, важно и ныне живущим и потомству iconКарточка-задание для группы №1
Обучение, изучение (веды), жертвоприношение для себя и жертвоприношение для других, раздачу и получение милостыни он (Брахма) установил...
И установил для себя такие положения, ознакомиться с которыми, по его мнению, важно и ныне живущим и потомству iconПриложение 1 Варны Индии по законам Ману. Брахманы
Обучение, изучение (Веды), жертвоприношение для себя и жертвоприношение для других, раздачу и получение милостыни он (Брахма) установил...
И установил для себя такие положения, ознакомиться с которыми, по его мнению, важно и ныне живущим и потомству iconДля вашего удобства размеры одежды элайв состоят из
Чтобы одежда была удобна и ребенок чувствовал себя в ней комфортно важно правильно определить ее размер. В раннем возрасте основным...
И установил для себя такие положения, ознакомиться с которыми, по его мнению, важно и ныне живущим и потомству iconЗанятие по теме: "Евклидова и неевклидова геометрия" Ведущий
Нет исторически верных сведений о его жизни, неизвестны даже точные даты его рождения и смерти. По сведениям оставленным потомству...
И установил для себя такие положения, ознакомиться с которыми, по его мнению, важно и ныне живущим и потомству iconСтратегии развития железных дорог Системы менеджмента качества
Снг единой сбалансированной долгосрочной стратегии развития железнодорожной индустрии. По его мнению, важную роль в выработке этой...
И установил для себя такие положения, ознакомиться с которыми, по его мнению, важно и ныне живущим и потомству icon-
Русский Архив” для напечатания, но доселе еще не появившейся в свет. Все его книжное собрание после его смерти вдовою его Т. И. Остроглазовой...
И установил для себя такие положения, ознакомиться с которыми, по его мнению, важно и ныне живущим и потомству iconОблако в штанах
Ведь для себя не важно и то, что бронзовый, и то, что сердце холодной железкою
И установил для себя такие положения, ознакомиться с которыми, по его мнению, важно и ныне живущим и потомству iconМетодические указания к лабораторной работе 7
Лабораторная работа Работа даёт возможность ознакомиться с приборами химической разведки, которыми укомплектовано рабочее место,...
И установил для себя такие положения, ознакомиться с которыми, по его мнению, важно и ныне живущим и потомству iconОтто фон Бисмарк и его роль в образовании Германской империи
Шёнхаузене, в бранденбургской провинции (ныне — земля Саксония-Анхальт). Все поколения семьи Бисмарков служили правителям Бранденбурга...
Разместите кнопку на своём сайте:
kk.convdocs.org



База данных защищена авторским правом ©kk.convdocs.org 2012-2019
обратиться к администрации
kk.convdocs.org
Главная страница